Клиническая фармакогенетика — это раздел клинической фармакологии, изучающий влияние генетических вариантов на эффективность и безопасность лекарственной терапии у конкретного пациента. Именно фармакогенетический подход позволяет перейти от усредненного назначения препарата к персонализированному выбору лекарства и дозы с учетом вероятности клинического ответа и риска нежелательных реакций.
Персонализированная медицина в фармакотерапии опирается на принцип: один и тот же препарат в одинаковой дозе у разных пациентов может давать различный эффект, поскольку генетические варианты меняют либо фармакокинетику, либо фармакодинамику лекарственного средства. Для фармакодинамики наибольшее значение имеют полиморфизмы генов, кодирующих рецепторы, ионные каналы, ферменты-мишени, белки сигнальных путей и иммунные молекулы.
Фармакодинамический ответ изменяется в тех случаях, когда генетический вариант:
| Ген / система | Препарат / группа | Клиническое значение |
|---|---|---|
| VKORC1 | варфарин | изменяет чувствительность к варфарину; носители варианта c.-1639G>A обычно требуют меньших доз |
| ADRB2 | сальбутамол и другие β2-агонисты | полиморфизмы рецептора могут менять бронходилататорный ответ |
| RYR1, CACNA1S | ингаляционные анестетики, сукцинилхолин | связаны с риском злокачественной гипертермии |
| HLA-B*57:01 | абакавир | резко повышает риск тяжелой реакции гиперчувствительности; препарат противопоказан носителям аллеля |
Эти примеры клинически важны потому, что генетический вариант влияет не столько на концентрацию препарата, сколько на чувствительность ткани-мишени или на риск тяжелого иммунного ответа. Для варфарина основной фармакодинамической мишенью является VKORC1; для абакавира HLA-B*57:01 уже давно используется как обязательный предиктор безопасности; для злокачественной гипертермии ключевыми считаются варианты RYR1 и CACNA1S; для β2-агонистов обсуждается вклад ADRB2 в вариабельность бронходилататорного ответа.
Фармакогенетический подход позволяет:
Наиболее оправдано фармакогенетическое тестирование перед назначением препаратов с:
Пенициллины — это β-лактамные антибиотики, оказывающие бактерицидное действие за счет нарушения синтеза клеточной стенки бактерий через связывание с пенициллин-связывающими белками. Клинико-фармакологически их удобно классифицировать по спектру активности и устойчивости к β-лактамазам, а не только по условным «поколениям».
Клинико значимая классификация пенициллинов выглядит следующим образом.
| Группа | Основные препараты | Основной спектр |
|---|---|---|
| Природные пенициллины | бензилпенициллин, феноксиметилпенициллин, бензатин бензилпенициллин | стрептококки, пневмококки, менингококки, Treponema pallidum, актиномицеты; неустойчивы к пенициллиназе |
| Антистафилококковые (пенициллиназоустойчивые) | оксациллин, клоксациллин, диклоксациллин, нафциллин | прежде всего MSSA; активность против грамположительной флоры сохраняется, но спектр уже, чем у аминопенициллинов |
| Аминопенициллины | ампициллин, амоксициллин | стрептококки, энтерококки, Listeria, часть грамотрицательной флоры: H. influenzae, E. coli, Proteus mirabilis, Salmonella, Shigella; разрушаются β-лактамазами |
| Ингибиторозащищенные аминопенициллины | амоксициллин/клавуланат, ампициллин/сульбактам | спектр аминопенициллинов + β-лактамазопродуцирующие штаммы MSSA, H. influenzae, Moraxella catarrhalis, часть Enterobacterales, анаэробы |
| Антисинегнойные пенициллины | пиперациллин, тикарциллин | более широкий спектр грамотрицательной флоры, включая Pseudomonas aeruginosa |
| Ингибиторозащищенные антисинегнойные | пиперациллин/тазобактам, тикарциллин/клавуланат | активны против многих грамположительных, грамотрицательных и анаэробных возбудителей; важны при тяжелых госпитальных инфекциях и интраабдоминальных процессах |
Для пенициллинов наиболее типичны следующие НЛР.
Это наиболее важная и наиболее известная группа НЛР. Для пенициллинов характерна перекрестная гиперчувствительность с другими β-лактамами, хотя ее частота не абсолютна и зависит от структуры боковых цепей.
Особенно это важно при широком спектре терапии и длительных курсах.
Такие реакции встречаются реже, но клинически значимы при длительном и высокодозном лечении.
При лечении сифилиса препаратами пенициллина возможно развитие реакции Яриша–Герксгеймера, обусловленной массовым разрушением трепонем и выбросом воспалительных медиаторов.
При назначении пенициллинов необходимо:
И бронхиальная астма, и ХОБЛ — хронические обструктивные заболевания дыхательных путей, но фармакотерапевтическая логика у них различна. При бронхиальной астме ключевым является контроль воспаления, поэтому базой лечения служат ингаляционные глюкокортикостероиды. При ХОБЛ ведущим направлением является длительная бронходилатация, поэтому основу терапии составляют длительно действующие бронходилататоры — LABA и/или LAMA.
В лечении БА и ХОБЛ общими являются:
При обострениях обоих заболеваний применяются короткодействующие бронходилататоры, а системные ГКС могут использоваться коротким курсом по показаниям. Однако цели и частота их применения различаются.
При астме ИГКС — обязательная основа базисной терапии, начиная уже с ранних ступеней, а монотерапия SABA больше не рассматривается как безопасная стратегия. При ХОБЛ ИГКС не являются универсальной базой и назначаются только определенным пациентам — прежде всего при частых обострениях, эозинофилии крови и/или наличии астмы в анамнезе.
При астме LABA применяются только в комбинации с ИГКС. При ХОБЛ именно длительно действующие бронходилататоры — LABA и LAMA — составляют основу поддерживающей терапии, в том числе в виде двойной бронходилатации.
При астме обострение лечат усилением противовоспалительной терапии, бронходилататорами быстрого действия и, при необходимости, системными ГКС. При ХОБЛ, помимо бронходилататоров и короткого курса ГКС, значительно чаще требуется антибактериальная терапия, если есть признаки бактериального обострения.
Для тяжелой астмы возможно применение таргетных биологических препаратов. Для ХОБЛ такая стратегия не является стандартной базовой моделью лечения.
Для ХОБЛ у отдельных пациентов применяются:
Для астмы эти средства не являются базовой терапией заболевания.
| Параметр | Бронхиальная астма | ХОБЛ |
|---|---|---|
| Ведущий патогенетический акцент | воспаление дыхательных путей | стойкая бронхиальная обструкция и ремоделирование |
| Базис терапии | ИГКС | LABA/LAMA |
| Роль ИГКС | обязательна у большинства пациентов | только у отобранных пациентов |
| LABA | только вместе с ИГКС | могут быть основой лечения |
| LAMA | добавляются при недостаточном контроле, чаще на более высоких ступенях | один из ключевых базовых классов |
| Биологическая терапия | возможна при тяжелой астме | не является стандартом базисной терапии |
| Антибиотики | рутинно не применяются | применяются при инфекционных обострениях |
| Отказ от курения | обязателен | обязателен, особенно критичен |
Эта разница отражает главный клинико-фармакологический принцип: астма — заболевание, где нельзя лечить только бронхоспазм; ХОБЛ — заболевание, где одной противовоспалительной логикой проблему не решить.
Ситуационная задача 37
У пациентки, 45 лет, с диагнозом неэрозивной ГЭРБ причиной обращения к врачу стали боли в эпигастральной области, возникающие после еды и ночью, иногда – тошнота и рвота. С целью выбора препарата для снижения образования соляной кислоты в желудке проведена внутрижелудочная рН-метрия, вовремя которой определялись уровни рН в базальных условиях и через 2 часа после приема 150 мг ранитидина. Оказалось, что в области тела желудка уровни рН до и после приема препарата составили 1,5 и 1,8 соответственно.
А. Низкая биодоступность ранитидина при приеме его первой дозы.
Б. Преобладание у данной больной негистаминергического механизма стимуляции кислотопродукции.
В. Длительный латентный период при развитии фармакодинамического эффекта ранитидина.
Г. Доказанная клиническая неэффективность блокаторов Н2-гистаминовых рецепторов у больных с кислотозависимыми заболеваниями пищевода.
Д. Малая доза препарата.
А. Висмута трикалия дицитрат.
Б. Пирензепин.
В. Эзомепразол.
Г. Ранитидин + висмута цитрат.
Д. Алгелдрат + магния гидроксид.
А. Метоклопрамида.
Б. Ондансетрона.
В. Амоксициллина и кларитромицина.
Г. Дротаверина.
Д. Сукральфата.
А. Постепенную отмену ИПП во избежание развития феномена «рикошета».
Б. Однократный прием спазмолитических препаратов.
В. Для профилактики появления симптомов рефлюкс-эзофагита прием антацидных препаратов.
Г. Применять антациды или ИПП в случае учащения, усиления интенсивности симптомов рефлюкс-эзофагита.
Д. Постоянно принимать антацидные препараты.
У пациентки неэрозивная ГЭРБ с выраженными кислотозависимыми симптомами и признаками недостаточного контроля желудочной секреции. После приема 150 мг ранитидина через 2 часа рН в теле желудка изменился минимально: с 1,5 до 1,8, то есть выраженной антисекреторной реакции не произошло. При этом для H2-блокаторов характерно начало действия примерно через 60 минут, а 150 мг — это стандартная разовая доза, следовательно, вариант с «малой дозой» и «слишком ранней оценкой эффекта» неубедителен. Поскольку H2-блокаторы действуют через блокаду гистаминового пути стимуляции париетальных клеток, столь слабый ответ логично объясняется преобладанием негистаминергических механизмов стимуляции секреции. Это вывод из механизма действия препарата и данных рН-метрии.
Правильный ответ: Б. Преобладание у данной больной негистаминергического механизма стимуляции кислотопродукции.
Варианты А, В и Д не соответствуют клинической ситуации: биодоступность ранитидина не настолько мала, доза стандартная, а двух часов достаточно для оценки начального антисекреторного ответа. Вариант Г тоже неверен: H2-блокаторы не являются «доказанно бесполезными» у всех таких больных, но в современной терапии ГЭРБ они уступают ИПП по эффективности.
Для базисного подавления кислотообразования у пациентки следует выбрать ингибитор протонной помпы, поскольку именно ИПП являются препаратами выбора при ГЭРБ и превосходят H2-блокаторы по контролю симптомов и поддерживающей терапии. Среди предложенных вариантов это эзомепразол. Российские рекомендации по ГЭРБ прямо относят ИПП к препаратам выбора, а для симптоматической неэрозивной ГЭРБ эзомепразол применяется как стандартная базисная антисекреторная терапия.
Правильный ответ на 2-й вопрос: В. Эзомепразол.
При ГЭРБ с тошнотой, рвотой и вероятным нарушением моторики верхних отделов ЖКТ патогенетически оправдано добавление прокинетика. Из предложенных вариантов этому соответствует метоклопрамид. Современные рекомендации по ГЭРБ включают прокинетики в число используемых групп препаратов, хотя в реальной практике предпочтение нередко отдают средствам с более благоприятным профилем безопасности.
Правильный ответ на 3-й вопрос: А. Метоклопрамида.
Варианты Б, Г и Д не решают ведущий патогенетический механизм рефлюкса и дисмотилитета, а вариант В показан только при доказанной H. pylori-ассоциированной патологии, которой в условии нет.
После купирования симптомов при неэрозивной ГЭРБ рациональна терапия по требованию: при возобновлении или учащении симптомов пациентка может применять ИПП, а для симптоматического контроля — антациды. Для эзомепразола такой режим прямо предусмотрен в инструкции: после устранения симптомов допускается переход на прием по требованию при их возобновлении.
Правильный ответ на 4-й вопрос: Г. Применять антациды или ИПП в случае учащения, усиления интенсивности симптомов рефлюкс-эзофагита.
Варианты Д и В с постоянным или профилактическим приемом одних антацидов не соответствуют современной логике поддерживающей терапии, а вариант Б не имеет отношения к поддержанию ремиссии ГЭРБ. Вариант А в данном тестовом вопросе не является наилучшим ответом, поскольку акцент сделан именно на режиме поддержания эффекта, а не на способе отмены ИПП.